Пятница, 26 июня, 2026

Военный городок в Ровно: история гарнизона, десятилетиями определявшего жизнь города

В Ровно между улицами Соборной и Коцюбинского стоят массивные кирпичные корпуса конца XIX века. В некоторых из них сегодня живут обычные ровенские семьи, в других — дислоцируются подразделения Вооруженных Сил Украины. Исторические здания с толстыми стенами, арочными окнами и дымоходами с фигурной кладкой напоминают о том, что этот квартал более 150 лет подряд служил местом дислокации военного гарнизона. В этой статье на yes-rivne.com.ua мы расскажем об истории формирования военного городка в Ровно, который со временем стал неотъемлемой частью современной городской застройки.

Появление первых казарм в Ровно

После 1793 года, когда Ровно вошло в состав Российской империи, в городе появились первые регулярные воинские части. Однако создание полноценного военного комплекса стало возможным лишь после того, как в 1857 году через город проложили Киево-Брестское шосе, а в 1873-м — железную дорогу. Благодаря этим ключевым транспортным артериям казармы смогли оперативно получать необходимое снабжение.

Строительство военного городка в Ровно велось постепенно. Первыми постоянными его обитателями стали 125-й Курский и 127-й Путивльский пехотные полки, штаб 11-го армейского корпуса, 32-я пехотная дивизия, 11-й саперный батальон и 32-я артиллерийская бригада. Вслед за первыми казармами здесь выросли:

  • конюшни;
  • хозяйственные постройки;
  • тренировочные поля.

Позже инфраструктуру дополнили дома для офицеров, госпиталь и баня.

Жилой дом, который раньше был казармой 127-го Путивльского полка

О том, каким был Ровно более века назад, поведал местный офицер, поручик Каверин, который вручную начертил план города 1896 года. Похоже, автор не являлся профессиональным картографом, поскольку в чертежах есть погрешности. Тем не менее, этот документ четко фиксирует дислокацию гарнизона. На плане видно, что подразделения стояли по обе стороны тогдашней Шоссейной улицы и справа от Дубенской. Кроме того, на карте Каверина впервые упоминается улица Казарменная (ныне Коцюбинского).

Приоритетный статус гарнизона подтверждает один показательный факт. Когда в 1912 году на средства князя Любомирского в Ровно запустили первую электростанцию, ее мощностей на весь город не хватало. Однако электричество в первую очередь провели именно в казармы. Вскоре инфраструктуру военного городка дополнила еще и водонапорная башня.

План Ровно 1896 года, составленный Кавериным

Казарменный плац в Ровно — место городских торжеств

Поскольку в начале XX века в Ровно практически не было просторных площадей, Казарменный плац стал одним из самых популярных мест для массовых мероприятий. Военное ведомство охотно впускало туда гражданских лиц, превращая строевые смотры и парады в едва ли не главное развлечение для горожан.

Знаковым событием стало 26 августа 1912 года — день столетия Бородинского сражения. После литургии в Свято-Воскресенском соборе толпа устремилась на Казарменный плац, чтобы увидеть масштабный парад гарнизона. Позже празднование переместилось в парк на Грабнике, где публику развлекали духовые оркестры Курского и Путивльского полков, а завершилось торжество вечерним фейерверком.

Однако самое памятное событие произошло на Казарменной площади несколькими месяцами ранее. В апреле 1912 года на военном плацу случилось настоящее чудо техники. Там известный авиатор Васильев поднял в небо свой моноплан. Для провинциального города это стало настоящей сенсацией: жители Ровно впервые своими глазами увидели полет аэроплана.

Первое мая 1917 года. Казарменная площадь

Первая мировая война и визит царя

В августе 1914 года Первая мировая война превратила Ровно в эпицентр прифронтовых событий, а военный городок — в стратегический тыловой хаб. Гарнизонные казармы вмиг перепрофилировали под крупную медицинскую базу. Здесь лечили как рядовых солдат с передовой, так и высших военачальников.

В 1914–1915 годах военный городок в Ровно дважды инспектировал император Николай II. Вместе со своей сестрой, великой княгиней Ольгой Александровной, он обходил палаты госпиталя и принимал смотры войск на Казарменном плацу. Местная пресса отмечала, что Николай II остался доволен поездкой, хотя жители города довольно сдержанно отнеслись к визиту царя в Ровно. К слову, в объективы фотографов на территории городка попадали не только монархи. На архивных снимках 1915 года у здания штаба можно узнать Антона Деникина — одного из будущих лидеров Белого движения.

Во время Первой мировой войны горожане активно поддерживали армию. Гимназисты помогали ухаживать за ранеными, а Городская дума щедро выделила 2700 рублей на подарки солдатам и еще более 1000 рублей — на пошив теплой одежды. Однако в августе 1915 года линия фронта рухнула и сдвинулась на восток. Эвакуация быстро превратилась в хаос: командование бежало из города еще до официального приказа, а брошенное гарнизонное имущество растащили мародеры.

Николай II в Ровенском военном госпитале, 1915 год

Польский гарнизон в военном городке Ровно

В 1921 году Ровно вошло в состав Второй Польской Республики, став базой для одного из крупнейших польских гарнизонов. В те годы по улице 3-го Мая (ныне Соборная) регулярно проходили торжественные парады, маршировавшие мимо Дома польского солдата (жолнежа) — здания, которое сегодняшние ровенчане знают как Дом офицеров.

Однажды именно благодаря польскому гарнизону удалось спасти Ровно от катастрофы. В 1932 году, когда весеннее половодье едва не разрушило плотину в Басовом Куте, солдаты под командованием полковника Пругар-Кетлинга предотвратили затопление города. А супруга полковника, Мария, запомнилась местным жителям своей благотворительностью: она собирала средства, чтобы устраивать рождественские праздники для детей из малообеспеченных семей.

20-летняя эпоха пребывания польского гарнизона в Ровно оборвалась в один день. Сегодня о ней напоминают разве что черно-белые снимки в польских архивах. 1 сентября 1939 года, с началом Второй мировой войны, польские солдаты отправились на фронт, где вскоре потерпели поражение от вермахта. Выжившие военнослужащие попали в советский плен, где многих из них ждали гибель или репрессии.

Открытие памятника Пилсудскому недалеко от Дома солдата, 1934 год

Советский период: молчание о прошлом

С установлением советского режима история ровенского гарнизона оказалась под идеологическим табу. Новая власть последовательно стирала из памяти города как царские, так и польские страницы прошлого.

Следы ушедших эпох уничтожались повсеместно. Бывший польский Дом солдата на Соборной оперативно превратили в советский Дом офицеров, полностью изменив его идеологическое назначение. То же произошло и с топонимами вокруг городка: соседнюю улицу Выспянского демонстративно переименовали сначала в Ворошилова, а позже — в Парижской Коммуны.

О советском гарнизонном быте за закрытыми дверями осталось мало сведений. Добротные кирпичные корпуса XIX века советская армия долгое время использовала по прямому назначению. Позже их частично переоборудовали под жилье. Немым свидетелем всех этих исторических переломов оставалась чудом уцелевшая старая водонапорная башня.

Бывший Казарменный плац рядом с улицей Дубенской частично отдали под гражданскую застройку. Тем не менее, большая его часть по сей день сохраняет свое первоначальное назначение — там дислоцируются подразделения Вооруженных Сил Украины.

Дом офицеров в Ровно

Здания, входившие в состав военного городка, — это безмолвная летопись Ровно, хранящая память о разных эпохах, армиях и человеческих судьбах. К сожалению, на протяжении десятилетий эта летопись постепенно лишалась своих страниц. Историки бьют тревогу из-за заброшенного состояния Дома офицеров и других построек военного городка. Опасения по поводу их возможной утраты высказала краевед Светлана Калько в начале 2025 года в эфире радиостанции «Украинское радио. Ровно». В июне 2026 года стало известно, что Министерство обороны планирует выделить 100 000 гривен на техническое обследование Дома офицеров, капитальный ремонт которого предварительно оценили в 22 миллиона гривен. Есть надежда, что Ровно удастся сохранить часть своей уникальности и привлекательности. Ведь город без памяти о прошлом неизбежно теряет нечто гораздо большее, чем старые здания, — он лишается своей души.

...